Вчерашний день был весь исполнен бессмысленного измождения и мелкого сопротивления среды. После массажа, от которого ноет каждая косточка (тут должно стоять уменьшительное от "мышца", но не умею сложить) и обычно хватает сил только до дому добраться, потащилась на Смоленскую, за билетами на ММКФ. Когда, дотащившись, я протянула барышне за стеклом листочек со списком фильмов, она спросила меня "Что это?" с таким потрясенным выражением, как будто я застала ее за кассой как минимум булочной, но никак не кинотеатра. Выяснилось, что они изменили правила и теперь билеты нельзя покупать заранее - только в день сеанса или накануне. Собралась было мысленно посулить кинофестивалю с такими правилами с грохотом провалиться, но передумала за бессмысленностью, вспомнив терпеливого отечественного зрителя, который с готовностию потащится стоять за культуркой в ежедневную очередь любой длины.

Еле волоча ноги, пошла обратно к метро, вознамерившись для придания жизни смысла завернуть в замеченную еще по дороге туда Азбуку вкуса за творожной запеканкой - но от всей азбуки на поверхности просматривалась только вывеска, сил же искать остатки магазина в недрах торгового центра я в себе не обнаружила, потому, изнемогая от голода, побрела прочь. У самой Смоленской заметила группу лиц, смутно знакомых - после некоторого ментального рывка сообразила, что это учителя 57-й с Менделевичем во главе - но ни уверенности, что меня узнают, ни сил улыбнуться не было, оттого потупила очи и бессловесно проскользнула мимо. Поехала домой. В надежде поживиться хотя бы скромным подобием запеканки или уже какой угодно еды дотащилась до свежевоскресшего тут на местности обычно круглосуточного Самохвала, чтобы обнаружить его работающим до девяти. Фактически переставляя ноги руками, пошла к дому, через аптеку, где поэтически помигивали лампы, и уверенно попросила гидрафаз, имея в виду офтагель, и ларек с фруктами, каким-то чудом еще функционирующий, - там придорожная кошка доверчиво прижалась к моим свежим джинсам. Хочется написать, что последние пятьдесят метров до подъезда почти не помню - но, к сожалению, я их помню: особенно отчетливы они потому, что когда я с трехкилограммовым тючком бананов и апельсинов вошла внутрь и подобралась к лифту, я обнаружила, что он не работает.

Вскарабкавшись на свой седьмой этаж минут за десять, я ввалилась в квартиру и пошла мыть руки, имея в сознании смутный призрак ванны. Однако он развеялся, стоило мне повернуть кран - оттуда еле сочилась слабенькая струйка, еще днем бившая в полный рост. Чуть утишив чудовищное чувство голода четырьмя бананами, активией и гречневой кашей, я только села смотреть новости (я теперь почти каждый день смотрю cnn и уже узнаю министра иностранных дел Германии), как пришла смс от нашей завуча. Обнаружилось, что вручение красных дипломов состоится в понедельник, когда меня не будет в Москве, а вместе с синими их не выдают. Здесь правила жанра требовали бы поставить точку, но жизнь оказалась величественнее любых жанров - уже когда я, дрожа, стояла под душем, поливая себя тощей тепловатой струйкой, в доме погасло электричество, почему-то ровно в полночь.